В Чебурашке и Буратино «разумного, доброго, вечного» депутаты не обнаружили
В феврале 1922-го в беседе с первым наркомом просвещения молодой советской республики Анатолием Луначарским Владимир Ленин, как считается, произнес знаменитую фразу «из всех искусств для нас важнейшим является кино». Для современной России тема остается актуальной.
Во всяком случае с точки зрения депутатов Государственной думы из Комитета по культуре, которые 14 января провели специальное совещание, посвященное состоянию отечественного кинематографа. Остались, мягко говоря, этим состоянием недовольны, но пообещали навести порядок и разобраться с тем, как распределяются бюджетные средства на производство фильмов.
Дело в том, что ранее этот момент регулировало постановление правительства. Теперь же, по новому закону о господдержке кинематографа, право определять приоритетные темы для картин, претендующих на казённое финансирование, закрепляется за Министерством культуры.
И хотя, как пояснила глава комитета Ольга Казакова, речь идет о юридическом оформлении уже действующих механизмов, дискуссия показала, что парламентариям есть чем озадачить представителей профильного министерства.
Так, депутат Иван Мусатов посетовал, что не все продюсеры и режиссеры «типа Роднянского*» уехали за границу. Часть из них сменила жанры, но по-прежнему ориентируется на либеральную повестку, только, если раньше они снимали «звягинщину», то теперь — сказки. Таких деятелей Мусатов призвал «находить и фильтровать», а также, по его словам, пока прекратить практику, «когда свои своим дают деньги на фильмы».
Эту позицию поддержал депутат и актер Дмитрий Певцов. Он отметил, что «хорошим и глубоким» проектам сложно получить госфинансирование, и зрительский успех достается «Чебурашкам», которые «никакого отношения ни к детскому, ни вообще к кино не имеют». Люди, по его выражению, просто «взяли франшизу и заработали бабла». Певцов назвал такие фильмы «вредными» и пояснил, что «не может быть детского кино, где ребенок не видит примера для подражания или какого-то вывода, морали».
В ходе обсуждения актриса Елена Драпеко предложила расширить полномочия Минкульта, разрешив ведомству вмешиваться в творческий процесс. По ее мнению, надо просто отменить статью в законе о культуре, запрещающую такое влияние.
В итоге парламентарии договорились провести отдельное совещание, на котором они намерены уже более предметно обсудить, как должно развиваться российское кино с учетом его влияния на общество и политику.
Прокомментировать ситуацию «СП» попросила режиссера и сценариста, декана факультета медиакоммуникаций Московского государственного института культуры (МГИК) Юрия Кота:
— Я бы не сказал, что в российском кинематографе на данный момент все печально. Есть фильмы, которые показывают нашим детям (да и взрослым тоже) примеры, что есть добро, а что — зло. Учат дружить и любить Родину.
Но, конечно, хочется, чтобы в нашем кинематографе решение о финансировании тех или иных идей принималось не закрытым кругом заинтересованных лиц, когда бюджеты вливаются в, мягко говоря, странные, если не сказать больше, проекты. В результате чего вместо прославления русской классики мы получаем совершенно обратный результат.
Взять хотя бы последнюю экранизацию пушкинского «Евгения Онегина», которую никак нельзя, я считаю, назвать удачной. А сейчас тот же режиссер замахнулся на «Войну и мир» Толстого.
«СП»: Тут, чтобы тягаться с Бондарчуком, чья киноэпопея «Война и мир» получила в свое время премию «Оскар», надо быть или безумно талантливым, или чрезмерно самонадеянным…
— В этом-то и беда. Потому что уже очевидно — шила в мешке не утаишь: есть определенные лоббирующие структуры, которые принимают решения не по принципу искусства и пользы для общества, а с точки зрения просто распределения бюджетов. И эту порочную практику, безусловно, надо заканчивать.
Будем, конечно, надеяться, что нынешняя инициатива со стороны депутатов будет продуманной и взвешенной, и результат не заставит себя долго ждать.
Честно скажу (уже как обыватель, а не декан факультета, где учатся будущие режиссеры и драматурги): из всего того количества картин, которые появились на телеэкране в новогодние праздники, процентов пять можно было действительно смотреть. Остальные — просто шлак, рассчитанный на какого-то странного зрителя. Это кино не просто примитивно, оно с точки зрения морали и воспитания еще и отвратительно.
Понятно, что рождать каждый год по десять эпохальных картин кинематограф не может. С другой стороны, конкурентное поле сузилось, поскольку нет такого притока зарубежных картин, и перспективы, казалось бы, открылись сумасшедшие. Но пока мы не видим результата этих перспектив.
Писатель Роман Носиков признался «СП», что еще не успел посмотреть ни второго «Чебурашку», ни нового «Буратино». При этом он считает, что у нас были хорошие опыты в детском кино:
— Например, «Последний богатырь» — вполне удачная работа. Хотя некоторые критики довольно жестко прошлись по ней за якобы дискредитацию положительных персонажей и восхваление сказочных злодеев — Бабы Яги и Кощея Бессмертного. На самом деле, это называется как раз «постмодернизм» — переосмысление классики, традиций и т. д.
Смысл фильма в общем-то понятен — не все, что кажется добром, может таким являться. И не все, что кажется злом, действительно зло. То есть, как говорится, нужно глубже копать. Ведь даже у Кощея можно найти тягу к светлому и способность к самопожертвованию. И таким образом — к спасению.
При этом человек, который оказывается вроде бы на идеальном месте русского богатыря, может свою душу погубить. Как бы ничто не гарантировано, скажем так.
«СП»: Со сказками — понятно, но есть ведь и другие жанры…
— Если говорить в целом о нашем сегодняшнем кино, то главная беда, на мой взгляд, это отсутствие настоящих кадров. И дело даже не в таланте, талантливые есть. Они просто не умеют применить свой талант и лепят непонятно что, так как обучать в профильных вузах их нормально перестали.
У нас сохранилась прекрасная школа балета, например. Почему она сохранилась? Потому что невозможно балет станцевать так, чтобы потом объяснять всем, что автор так видит. У балерины ноги либо кривые, либо — нет. Она либо справляется со всеми этими сложными па, которые требуют высокой техники исполнения, либо это уже не балерина. То же самое в художественной гимнастике, фигурном катании и даже в спортивной борьбе.
Артистов балета и спортсменов «дрессируют», грубо говоря, на совесть. А в театре и в кино провальный результат можно объяснить тем, что «вы просто гениальной идеи режиссера не поняли». И эти «гении» душат все талантливое, чтобы никто им не составил конкуренцию. В этом беда.
Справка «СП»
Из 35 фильмов, субсидированных Фондом кино из федерального бюджета в 2025 г., успешными в прокате стали четыре, следует из подсчетов РБК на основе сведений Единой автоматизированной информационной системы (ЕАИС) Фонда кино.
Это «Волшебник Изумрудного города. Дорога из желтого кирпича», «Финист. Первый богатырь», «Пророк. История Александра Пушкина» и «Август».
В 2024-м из 25 картин, получивших безвозвратные субсидии от государства, коммерчески успешными по итогам проката стали пять лент, а в 2022-м — лишь одна из 26. В Минкультуры говорят, что при выделении средств исходят «из ценностно ориентированного, а не экономического подхода».
В наступившем году, как ожидается, в прокат выйдет около 40 фильмов, субсидированных Фондом кино. И второй «Чебурашка», бюджет которого составил почти 1,5 млрд руб., а касса — больше 5 млрд руб., уже может считаться коммерчески успешным.
